Как только я приехал в Петербург и занял место директора департамента железнодорожных дел, то по принятому порядку я должен был явиться к государю.
Тогда я был действительным статским советником, но никаких орденов не имел, так как, собственно, фактически я никогда не служил на казенной службе. Сначала я числился чиновником особых поручений при одесском генерал-губернаторе, но это [...]
Оказалось, что императорский поезд ехал из Ялты в Москву, причем дали такую большую скорость, которую требовали и на Юго-Западных железных дорогах. Ни у кого из управляющих дорогами недоставало твердости сказать, что это невозможно. Ехали так же двумя паровозами, причем в вагоне министра путей сообщения, хотя и несколько облегченном снятием некоторых аппаратов с левой стороны, никакого [...]
На обратном пути из Скерневиц в Ялту, когда государь опять проехал по нашей дороге, то поезду уже дали ту скорость и прибавили то количество часов, которые я требовал. Я опять поместился в вагоне министра путей сообщения, причем заметил, что с того времени, как я последний раз видел этот вагон, он значительно наклонился на левую сторону. [...]
И вот, когда мы подъехали к Фастову, то я, переводя поезд на другую дорогу, не успел ничего передать ни министру путей сообщения, ни барону Шервалю, потому что они только что проснулись. Вследствие этого, когда я вернулся из Фастова в Киев, я тотчас же написал рапорт министру путей сообщения, в котором объяснил, каким образом совершалось движение [...]
Вообще и Вильгельм также не подходил к характеру императора Александра III. Вильгельм по своим манерам, по всем своим выходкам, так сказать, ферт; он являлся полной противоположностью по характеру Александру III, который был крайне неподвижен и вахлак. Как Вильгельм, так и великий князь Николай Николаевич-старший по манерам своим были настоящими гвардейскими офицерами, фертами; в особенности это [...]
Я, конечно, все время сопровождал поезд, и у меня в память врезалось следующее маленькое, как кажется, но очень характерное обстоятельство.
Когда мы подъехали к станции Брест, то не успел государь выйти, как с другой стороны, по направлению из Варшавы, подходил поезд, в котором ехал молодой Вильгельм. Император Александр III вышел на платформу, он был в прусском [...]
Когда император Александр III вступил на престол, то некоторое время спустя он приехал в Киев с женой и двумя сыновьями: Николаем, нынешним императором, и Георгием — вторым сыном, который потом, уже будучи совершеннолетним, умер от чахотки в Абастумане. Оба они тогда были еще, можно сказать, детьми.
Поезд этот, пришедший в Киев по Юго-Западной железной дороге,
Жестокие гонения против евреев и прочих иноверцев возбуждают упреки даже в среде наиболее близких царю лиц. Его пробовали уговорить, убеждали и доказывали, что следует быть мягче и терпимее, почти все министры. Но всякое противодействие вызывает в царе жестокий гнев и неудовольствие. Датская королева пыталась неоднократно повлиять на него, но и ее усилия были тщетны. Однажды, [...]
Погруженный в эту атмосферу, царь падает духом и в тоске тщетно ищет утешения в родной семье. Жена его, в молодости легкомысленное, живое создание, до страсти увлекавшееся танцами, под старость впала в ханжество; старший сын — эпилептик от рождения, придя в возраст, стал до неприличия увлекаться женщинами и, по словам придворных, не дает проходу ни одной [...]
Еще не прошло двух лет, как он написал следующий нелестный отзыв на полях документа, составленного в государственном совете: «Они думают надуть меня, но это им не удастся». Члены совета обиделись и грозили прекратить заседания, если слова эти не будут вычеркнуты. Предложили бывшему тогда председателем Михаилу доложить обстоятельства дела царю, но он не решился взять на [...]