Горе государя Александра III состояло в том, что, при полном его желании добра России, при его воистину русской душе, преданности своему царственному долгу, о его работе на благо Богом вверенного ему народа этот народ почти ничего не знал.
Заседание 21 марта у В. в. имело результатом покуда лишь сближение между лицами, на первый раз и это хорошо; я радуюсь, что со мною говорят без принуждения те, которые до сих пор избегали меня. С того дня я еще не видел никого из министров. Жду с нетерпением, когда мы соберемся для общего совещания. Вел. кн. [...]
Ваше императорское величество.
С каждым днем больше убеждаюсь в основательности того, что писал вам 6-го марта, и вновь горячо прошу вникнуть в тогдашние слова мои.
Именно в эти дни нет предосторожности излишней для вас. Ради бога, примите во внимание нижеследующее: