Здоровье императрицы Марии Александровны быстро слабело, роковые условия ее жизни сломили ее физически и нравственно, мучительный крест ее последних лет принадлежит истории. Мог ли не страдать за нее цесаревич? Между ними уже давно состоялось самое отрадное сближение. Когда нужно было императрице Марии Александровне ехать в Англию по случаю последствий Эдинбургского брака, никто из сыновей не [...]
Меня всегда особенно пленял юмор цесаревича, когда он в духе, можно было его заслушаться. Особенно хорошо отличал он оригинальность действительную от поддельной. Вообще никакими подделками к нему нельзя было подделаться. Помню, как на одном бивуаке во время маневров вокруг Петербурга цесаревич зашел ко мне в палатку. Он имел обыкновение обходить все помещения свиты. То же [...]
Живо помню день приезда принцессы Дагмары. То был ясный сентябрьский день. Я был в строю Кавалергардского полка, расположенного у въезда в Большой Царскосельский дворец, ждали мы долго и нетерпеливо, ожидали видеть ту, чье имя облетело всю Россию. Вот наконец показалась четырехместная коляска прямо из Петергофа, все взоры устремились по одному направлению. Принцесса Дагмара приветливо кланялась [...]
12 апреля 1865 года было роковым ударом для императрицы Марии Александровны. Она никогда не оправилась от своего горя. Объявлен был новый цесаревич, но о нем неохотно даже и говорили… Его вообще мало знали и не скрывали опасений за будущее. Отражение всех этих разговоров доходило до меня почти из первых рук. Я часто бывал тогда у [...]
Зашла как-то речь о цыганах, и Владимир Шереметев расхвалил одну певицу, дочь цыганки княгини Голицыной, живущую в Москве. (Это было уже после воцарения.) Я подтвердил, что знаю ее и что у нее действительно хороший голос. Государь поручил мне пригласить ее в Гатчину, куда она и прибыла и пела в арсенале в небольшом кружке слушателей, между [...]
Новое царствование началось тяжким крестом… Мы присягали в церкви Аничкова дворца. Вскоре свита цесаревича был позвана в его Аничковский кабинет. Он вышел к нам вместе с императрицей. Оба плакали. Он начал говорить, благодарил за прошлое, сказал, как жалеет, что не увидит нашего прежнего мундира, и не мог продолжать от волнения. Назначено было двойное дежурство в [...]
1888 год
11 ноября [1888]. < ...> Императрица принимает меня чрезвычайно любезно. Она не может говорить ни о чем ином, как о железнодорожном своем несчастии, которое и рассказывает мне в подробности. Она сидела за столом против государя. Мгновенно все исчезло, сокрушилось, и она оказалась под грудою обломков, из которых выбралась и увидела перед собою одну кучу [...]
16 января. У меня был Гирc; вели продолжительную конфиденциальную беседу. Я сообщил ему о постановлении Берлина, где имеются выдержки из сообщений наших полицейских агентов в Лондоне и Париже. Они утверждают, что нигилисты готовят покушение на императора Александра и всю его семью; причина подготовки нового злодеяния в том, что нигилисты опасаются краха своего дела (которое и [...]
В январе 1893 г. один из наиболее новых русских крейсеров «Дмитрий Донской» должен был, возвращаясь из Китая, отправиться в Соединенные Штаты, чтобы поблагодарить американцев за оказанную ими минувшим летом во время недорода на юго-востоке России продовольственную помощь. Для меня представился единственный случай посетить страну моих юношеских мечтаний.
Ни один очерк царствования Императора Александра III не в состоянии дать более яркой характеристики новой эпохи русского самодержавия, чем описание коронования Их Величеств в 1883 г. Иностранные гости, проведшие в Москве незабвенную неделю с 10 по 17 мая, почувствовали, что они присутствовали при том, как создавалась история новой России. Казалось, что новая Россия,